[1$] Новые приключения Петрова и Васечкина. Лозанна. Глава 5

Глава 4

В ночной тишине две фигуры бесшумно выскользнули из отеля и растворились в уличных тенях. Петров двигался уверено и быстро, его друг не отставал ни на шаг. Васечкин отметил, что и в ночном городе Петров ориентируется не хуже, чем днем. Нельзя сказать, что его травила зависть, ведь ему уже давно за тридцатник, а он только первый раз в Европе, тогда как Вася, посему было видно, из нее не вылезал. Но Петр понимал – служба, как судьба куда пошлет, там и радуйся. Его, просто покалывало, что раньше в их тандеме, заводилой всегда был он, да и портфели не он  за обоих таскал. А тут получалось, все наоборот, и эта мысль, как-то горчила у него под небом. Тем временем, так, не проронив ни звука, они добрались до спрятанной в тени дерев какой-то виллы.  «Мы пирато-гастролеро, мы синьоро де ля воро, о есс!»

Они нырнули в кусты. Петров достал из рюкзака конверт, один из тех, что были в чемоданчике, и развернул план дома. Пару секунд и они уже возле фасада, еще несколько ловких движений и они вскарабкались на крышу и оказались возле вентиляционных труб. Васечкин показал, что-то на  пальцах, и как угорь пролез внутрь. Петров посмотрел на часы и сел, растаяв в контурах крыши.  Закинув голову, он нырнул в индиговое небо, подсвеченное спящим городом и сам того не заметив оказался на карусели с Петей и Машей, а вокруг горели вечерние фонари, а мимо проплывал трамвай с друзьями музыкантами, которые пели про красную мышь, зеленую лошадь и голубого слона. «И за энто режиссенто нас сниманто в киноленто, о есс!»

В кромешном мраке здания Петя перемещался не хуже чем Петров по городу. Его тренированная память уже навсегда впитала план особняка. Вот один кабинет, вот другой, вот какая-то комната, а вот уже и зал. Под умелыми руками Васечкина, двери распахивались, радушно и по-свойски приглашали его войти. Но он был аккуратен. Открывал двери медленно и плавно, не жалея на это драгоценных секунд, а если надо, то и минут. Он уже давно не доверял петлям. Установив почти все гаджеты, он нащупал в кармане последний и ловкой рысью, покрался дальше. Но вдруг он увидел, играющие тени на потолке и какой-то напряженный разговор, доносящийся из одной из комнат. На пару мгновений он замер. Ни какого движения, только игра звука и света в конце коридора. Как зверь перед прыжком на жертву, он стал бесшумно прокрадываться дальше. «Мы стрелянто, убиванто, украданто то и энто, о есс!»

До его уха, из комнаты донесся еле уловимый скрип. Как будто, кто то притаился за косяком двери, готовясь нанести предупреждающий удар, мелькнула у Васечкина мысль. Он сжался. Разговор становился громче. Сколько же их там, подумал Петр. Тут скрип повторился. Незваный русский гость, нащупал за поясом пластиковую рукоять и, приготовившись к худшему, сделал следующий шаг. Доносящиеся из комнаты голоса стали напряжены.  Васечкин продолжал продвигаться по коридору тише, чем тень. «Ты не пошел на это, Эннис, и то, что у нас сейчас есть, - это Горбатая гора» - услышал Петя голос мужчины, полный отчаяния и горечи. Легким движения тела Петр эмитировал свою тень, как будто проскользнувшую мимо дверного проема. Удара не последовала. «Либо он слишком крут, либо что-то еще» - подумал Васечкин, ждавший нападения притаившегося в засаде врага. «Мы – бандито-ганстерито, мы кастето-пистолето, о есс!»

Петр судорожно окинул взглядом коридор, ища, в чем бы увидеть отражение полу-мрачной комнаты, но на этом участке ничего подходящего не было. На мгновение он пожалел, что не притырил зеркальце из несессера, который разглядывал в каком-то бутике, возле первой гостиницы, когда ждал Ваську, ушедшего на почту. Выжидать было нечего, он решил рискнуть. Благо его никогда не покидала уверенность в своих силах. Он сгруппировался и сделав в воздухе бесшумное сальто приземлился как кошка на четыре лапы по другую сторону дверного проема. В момент перелета, он успел разглядеть всю комнату, до мельчайших подробностей запечатлев ее в своей памяти. Он увидел, что полу-боком к нему, в плетеном кресле качалке сидел развалившийся грузный мужчина пожилого возраста, смотря в экран, на котором два молодых ковбоя страстно друг с другом разговаривали. Не переводя дух, Петр добрался до последней точки назначения. Это было что-то на подобии серверной, он прикрепил последний гаджет и направился к выходу, тем же путем, что и вошел. «Банко-тресто-президенто, ограаблянто ун моменто, о есс!»

На крыше так же обменявшись знаками с Петровым,  Васечкин подтвердил успешность выполнения мисси и два товарища, через несколько минут уже быстро шагали по ночным улицам Лозанны. «Что задержался? Целых 3,5 минуты превысили график» - спросил дружелюбно Петров. «Да, это охрана, места своего не знает. Шляется от безделья, где не надо» - ответил Васечкин, сдерживая непроизвольно возникшее в его интонации раздражение. Именно в этот момент, он поймал себя, на мысли, которая свербила его с утра. Почему Петров им командует. Кто угодно, но Петров! Тот, кому он советовал вымазать уши, чтобы привлечь внимание Маши. Тот, который вместо этого написал на руке «Я тибя лублю» и вытер чернила о лицо и весь класс во главе с ним ржали над Петровым. Они шли по сумрачным переулкам и Васечкин думал, почему? Что изменилось» Ведь было раньше как, Васечкин придумает, а Петров отвечай. «Мы фиато разъезжанто целый день в кабриолето, о есс!»

«Еще три адреса» - сказал Петров и посмотрел на небо. «Сегодня не успеем, сделаем еще один, другие завтра» добавил он. Васечкин молча шел рядом. До следующего особняка им надо было пройти почти полгорода. Петров бросил на друга косой взгляд, и спросил: «Ты помнишь, как в первый раз?» «Петя Васечкин любитель, ты про это?» - переспросил Васечкин, улыбнувшись. И хотя размер этого швейцарского городишки меньше чем любой округ Москвы, а населения как в среднем районе российской столицы, у воспоминаний своя скоростная система. и хотя они шли быстро, но успели вспомнить и посмеяться, как в «1-Б» классе, Петров обстреливал из ручки жеванной бумагой новеньких одноклассников, кидая им записки со словами «»Петров – чемпион школы по плевкам среди профессионалов», как тут же получил в глаз сам жеванной бумагой и прилетевшую за ней записку: «Петя Васечкин – любитель». «Мы бандито, знаменито, мы стрелянто пистолето, о есс!»

На свою импровизированную базу, в этот студенческий хостел, они вернулись с первой остывшей звездой. Чтобы не рисковать, они вошли в свою комнату через окно. Они специально поменяли свой номер, который им забронировали в этой гостинице, на другой, чьи окна выходили не на внутренний двор, а на дорогу. Прежде чем лечь спать, Петров проверил стабильность сигналов, поступающих с гаджетов, установленных Васечкиным.  Сидя на полу и держа ноут на коленях, он тарабанил пальцами по клавиатуре. Закончив, он поднял правую  руку с оттопыренным большим пальцем над головой и подмигнул сидящему напротив компаньону, тот оставил без внимания этот жест, но про себя подумал: «А волк из меня вышел все же лучше, чем из тебя».  «Завтра у нас еще казино будет» - сказал Петров откидывая компьютер под кровать. На вопрошающий взгляд Васечкина он улыбнулся и рассказал немного об истории здания Казино Монбенон. «Держим в банко миллионо и плеванто на законо, о есс!»

На следующий день ребята вышли из номера, когда мягкое швейцарское солнце  уже заползло на крыши. Особой жары не было, лазурь неба была местами прикрыта млечной дымкой. Выходя из отеля, они кинули по ходу своего движения, в ответ на приветствие, сидящей во дворе компании, с которой вчера весь вечер проболтали за вином и коктейлями, пару приветственных фраз. И только, когда им в спины влетело: «О, ву алле?» Русские парни, на не менее отшлифованном французском с итальянским акцентом отозвались: «В Олимпийский музей и парк хотим сходить. Да, по набережной Уши прогуляться». Каждый, кто в первый раз бывает в Лозанне обязан посетить эти городские Мекки, так же как и кафедральный собор. О них пишет всякий уважающий себя туристический проспект столицы олимпиад. Такие места туристы не имеют право пропускать. Как можно говорить, что ты был в Швейцарии если не видел Лозанский Нотр-дам, или что был во Франции, не видя Руанский собор, или что ты можешь знать о Германии без Ахенскго кафедрального, да и та же Англия без Солсберийской богородицы мало что стоит, как и Испания без Сарагоской святыни девы Мари. «Постоянно пьем чинзано, постоянно сыто-пьяно, о есс!»

Но наши герои, пошли не в сторону знаменитой набережной и заявленных культурных центров, а в противоположную сторону. И через несколько минут уже оказались на небольшой зеленой улице. На той самой, куда этой ночью уже наведывались. Прошли прогуливающимся шагом мимо знакомого со всех сторон палаццио и Петров, даже сфотографировал Васечкина на фоне портала этого здания. И его не смутило даже то, что весь фон был усеян припаркованными у здания автомобилями, из-за которых как-то не художественно выглядывал портал. У них было в запасе нару часов. И Петров предложил другу зайти в неподалеку расположившуюся приличную забегаловку. Солнце уже было в зените. На улицах туда-сюда ходили привлекательные девчонки. Васечкин одним улыбался, других просто провожал взглядом, подмигивая другу. Настроение было как у гонщика, оторвавшегося от соперников и закладывающего поворот, для выхода на финишную прямую. «А ля белля де бамбино все игранто в гастерино, о есс!»

Продолжение следует

калинчев.рф


blog comments powered by Disqus

Добавить комментарий